На недавней конференции завязалась дискуссия о границах возможного.
Мозг в лотке с формалином. Это первое, что я вспомнила, когда услышала: человек не может измениться и тем более, руководитель не может изменить компанию.
Один из аргументов был со ссылкой на бессознательное.
Мол, есть часть психики, сформированная не самим человеком, а родителями, социумом, архетипами. Сценарии определяют жизнь. И если человек рождён разрушителем, он и пятую компанию до дефолта доведёт.
И вот человек читает Виктора Франкла про смысл жизни. А потом включает рилзы нейропсихологов — и согласно кивает: да, его жизнью руководят нейроны.
Или смотрит передачу о дикой природе. И в очередной раз убеждается: инстинкты никто не отменял. Даже лошади понимают пару сотен слов, чего уж об обезьянах говорить. Лидер в стае, остальные слушаются.
Ну и так далее, в зависимости от интересов человека к тем или иным областям земной (приземлённой) жизни.
Я психологию ещё в прошлом веке изучала.
И мозги на первом курсе мы рассматривали в лотке с формалином, и названия извилин наизусть зубрили перед экзаменом.
Но я ещё и самого Франкла слушала, когда он в конце 80-х в Москву приезжал. А профессора по психологии личности нам говорили, что человеку по жизни лучше планку повыше ставить, потому что течение жизни всё равно снесёт.
И мы как-то привыкли про смыслы говорить и планку ставить так, чтобы приходилось в небо смотреть.
А позже я изучала теологию. И там есть идея, которая мне отозвалась: человек создан не просто так а по образу Всевышнего. Стало понятно, зачем человеку запрокидывать голову.
Так вот, когда я слышу о том, что человек на что-то не способен, потому что у него то бессознательное, то нейроны, то инстинкты, я всё-таки в первую очередь вспоминаю профессоров, которые меня учили.
И мне кажется, что за последние 35 лет мы как-то сильно планку понизили. И всё больше на обезьян ссылаемся. Вместо того чтобы в небо посмотреть.
Поэтому, когда я работаю с профессионалами над их трансформацией, я ставлю высокую планку. Да, иногда на чудо приходится надеяться, но пока все справляются.
А чудеса — они для тех, кто готов поднять голову.
